СТАТИСТИКА ВІДВІДУВАНЬ

25078256
Сьогодні
Вчора
На цьому тижні
Цього місяця
Попереднього
Загалом
7947
20358
7947
522207
378323
25078256

Ваша ІР адреса: 172.20.0.3
2025-03-31 11:13

Історія

Театр Якова Шеффера Друк E-mail

Из всех николаевских театров у этого, можно сказать, самая счастливая судьба. При всех минусах, относящихся прежде всего к самому устройству, оборудованию театра, последний внес заметный вклад в развитие культуры в городе.

Став владельцем нового театра, купец Яков Яковлевич Шеффер через некоторое время – в 1898 годуперестраивает его, затратив на это 150 тысяч рублей. Был увеличен зрительный зал, приделана новая сцена и пристроено новое фойе. Вместо галереи, появилась галерка. Однако это отнюдь не значило, что все здесь было устроено самым лучшим образом. Этот единственный к тому времени в городе театр и в дальнейшем приходилось неоднократно переделывать, капитально ремонтировать.

В 1902 году в театре было установлено электрическое освещениеот  городской центральной станции.

Высокая арендная плата, взимаемая Шеффером за пользование театромсреднем – 18 тысяч в год), заставляла антрепренеров и директоров трупп множить число постановок, не забывая, правда, при этом и о классическом репертуаре. Столичные гастролеры не обходили Николаев, и местные театралы были неплохо знакомы с выдающимися актерами и певцами, которые предпочитали выступать в лучших своих ролях, а певцы и музыканты – с лучшими своими сольными произведениями.

Театр Шеффера видел на своих подмостках М.К.Заньковецкую, А.К.Саксаганского, Н.К.Садовского, братьев Роберта и Рафаила Адельгеймов, К.А.Варламова, В.Н.Давыдова, В.П.Далматова, Мамонта Дальского, В.Ф.Комиссаржевскую,К.А.Марджанова, А.Е.Мартынова, В.Э.Мейерхольда, П.Н.Орленева, М.Г.Савину, П.А.Стрепетову, Л.В.Собинова, Ф.И.Шаляпина, А.П.Харламова, А.И.Южина, Д.Х.Южина, А.А.Яблочкину и других талантливейших актеров, певцов и музыкантов.

Билеты на спектакли в ложи и партер стоили от рубля и дороже, на галерку – 50 копеек.

Пробовал, однако неудачно, сформировать собственную труппу и сам Шеффер.

Помимо театра на углу Адмиральской и Рождественской, 9 сентября 1895 года Шеффер открывает так называемый Общедоступный цирк-театр, в котором стали выступать и театральные труппы. В 1898 году цирк-театр был перестроен, увеличен и стал вмещать 1035 человек. Полный сбор по обыкновенным ценам составлял 600 рублей, повышенным – 750, то есть средняя цена билета составляла 60-70 копеек.

Но одним зданием цирка-театра Шеффер не ограничился. В 1906 году на углу Малой Морской и Таврической он устраивает, как его стали называть, Новый цирк.

В мае 1920 года в Николаеве побывал нарком просвещения А.В.Луначарский – представитель политуправления Ревсовета республики. Нарком выступил на митинге перед рабочимиздании цирка). Вероятно, именно тогда или немного позднее и возникла идея назвать национализированный театр именем Луначарского.

Сам театр и созданная при нем из безработных актеров труппа просуществовали недолго. Времена настали суровые: разруха, голод, холод, безработица.  В зиму 1921-1922 годов от театра осталась только коробка: разрушена сцена, вынесена вся мебель и не только она.

Но уже в 1923 году в местной прессе появились статьи о необходимости восстановить театр. В ноябре 1923 года специальная группа при Бюджетной комиссии Окрисполкома  установила, что на введение в строй театра потребуется около 60 тысяч рублей (или 474 млн. в советских дензнаках). Решено было отложить ремонт.

Позднее деньги все-таки нашлись. Городской театр (бывший Шеффера) был восстановлен. Открытие театра, получившего тогда имя украинского наркома просвещения Н.А.Скрыпника, состоялось 7 ноября 1926 года.

Джерело: Ковалева О.Ф.,Чистов В.П. Очерки истории культуры Южного Прибужья.(От истоков до начала XX века) Кн.2.Литература и театр [Текст] / Ковалева О.Ф.,Чистов В.П. - Николаев : Тетра, 2000. - С.159-160.

Опубліковано: П'ятниця, 11 травня 2012, 22:38
Театр Карла Монте Друк E-mail

А история этого театра такова. Понимая, что ни театр Миллера, ни театр Русинова не отвечают культурным запросам публики, военный губернатор Николаева Главный командир Черноморского флота и портов Н.А.Аркас еще в 1875 году направляет городскому голове А.Н.Бухтееву предписание о необходимости постройки в Николаеве нового здания театра. Предполагалось создать для этого комиссию, куда должны войти городской архитектор и член городской управы. За образец был предложен театр, находящийся в Кронштадте. Комиссия должна была обсудить вопрос о целесообразности постройки такового в Николаеве. Завязались переговоры, переписка, запросы… А главное – у города не было денег на строительство.

Положение спас Карл Монте (Монти), подавший в конце 1880 года прошение, содержавшее просьбу о строительстве в городе частного театра. Прошение последовало незамедлительно.

Мещанин, владелец построенной еще в середине XIX века его отцом по улице Адмиральской, угол Рождественской гостиницы с рестораном «Золотой Якорь», Монте в 1881 году рядом с последней фасадом на улицу Рождественскую возводит театр.

По своему виду и устройству он является повторением театра города Рыбинска, план которого получил в свое время на конкурсе первую премию. Театр имел 350 кресел партера и амфитеатра, 36 лож бенуара и бельэтажа и галерею. Протяженность партера составляла 20 аршин, ширина - 14. Ложи имели длину 2,5 аршина, ширину – 2 аршина. Ширина  коридоров бенуара и бельэтажа составляла от 2,5 аршин до 3-х аршин. Кроме обширного вестибюля,

Опубліковано: П'ятниця, 11 травня 2012, 22:36
Театр Дмитрия Русинова Друк E-mail

Началось с того, что в середине 50-х годов остро встал вопрос об открытии в Николаеве нового театра, взамен прикрытого миллеровского. Театральный антрепренер Дмитрий Лукич Русинов, в свое время арендовавший у Миллера его театр, выхлопотал у городских властей бесплатное место под здание театра и получил кредит на его строительство в сумме 3600 рублей серебром. Позднее он утверждал, что построить театр ему предложил сам Александр II.

В 1856 году на углу улиц Никольской и Рождественской, 4 Русинов возводит временное, как он тогда утверждал, здание театра. Одновременно был составлен проект другого, постоянного театра. Но впоследствии Русинов добивается освобождения от обязательств построить еще один театр и возведенное им временное здание было обращено в постоянное.

Однако этот новый, бывший временный театр оказался ничуть не лучше старого. Имея 165 кресел, 41 ложу, галерку на 250 мест, он вмещал до тысячи человек. Но те же деревянные выходные лестницы, причем, из галерки был всего один выходпо узкой извилистой лестнице шириной в 1,25 аршина, те же узкие коридоры, то же отопление железными печами. Власти были вынуждены направлять на время   представлений к театрам бочки с водой и по одному бранспойтупожарному насосу.

Ко всему этому следует добавить, что театр Русинова имел небольшую сцену и слабую акустику. У николаевцев он сразу же получил название «театра-сарая».

Чтобы как-то выправить положение, очередной антрепренер содержатель театра Русинова Иван Соболев в ноябре 1860 года обратился к военному губернатору Николаева контр-адмиралу Б.А.Глазенапу с предложением учредить Дирекцию театра – «по примеру города Кишинева, которая озаботилась бы к изысканию средств для увеличения театральных сборов».

Дирекция, созданная в составе инженер-капитана Казакова 2-го, коллежского ассесора Благовещенского, подполковника Ивкова и камер-юнкера Даргобужинова, развернула бурную, главным образом бумажную деятельность. Было отпечатано в типографии обширное «Объявление», в котором сообщалось о намерении Дирекции создать при театре постоянную русскую труппу, о новых ценах на билеты, о распространении абонементов – с целью ликвидации долгов, образовавшихся в результате постройки театра, и получения средств, необходимых для приведения его в порядок.

Но то, что было полезно для Кишинева, не сгодилось для Николаева – оказалось невыполнимым. Русинов так и не смог возвратить городской казне взятые им в долг деньги, как, впрочем, и вернуть свой личный затраченный на строительство капитал.

Власти пробуют получить свои деньги путем чуть ли не насильственного направления приезжих актерских трупп в театр Русинова, где, кроме арендной платы за помещение, гастролеры должны были платить 10% от выручки в счет русиновского долга – «на покрытие взыскания». Антрепренеры, естественно, стали предпочитать театру Русинова конкурирующий с ним театр Миллера. Кончилось это тем, что власти стали облагать 10%-м сбором артистов, выступающих в том и другом театрах.

Но полностью рассчитаться с долгами Русинову так и не удалось, и в дальнейшем (после 1886 года) театр переходит в руки Ковалева.

Но и в «Русском театре», как он стал называться при новом владельце, дела пошли не лучшим образом.

В начале 1890-х годов бывший театр Русинова был приобретен К.И.Монте.  Но монополия на управление сразу двумя театрами: новымна углу Адмиральской и Рождественской, и старым, - русиновским,  - на углу Никольской и тоже Рождественскойкоммерческие дела самого Монте не поправила. В апреле 1893 года было объявлено о продаже русиновского театра «со всеми постройками… недорого», а к концу следующего года николаевский кружок велосипедистов оборудовал в этом помещении зимний манеж. Пол был утрамбован землей, устроены виражи. На показательные выступления и соревнования стали пускать  публику по билетам. Это, может быть, и радовало любителей велосипедного спорта, но не театралов.

Джерело: Ковалева О.Ф.,Чистов В.П. Очерки истории культуры Южного Прибужья.(От истоков до начала XX века) Кн.2.Литература и театр [Текст] / Ковалева О.Ф.,Чистов В.П. - Николаев : Тетра, 2000. - С.157-158.

Опубліковано: П'ятниця, 11 травня 2012, 22:34
Каким был театр в Ольвии Друк E-mail

Древние греки, выходцы из малоазиатского города Милета, поселившиеся на правом берегу Бугского лимана в VI веке до нашей эры, привезли сюда с собой свою культуру, обычаи и традиции. Автор «Истории» Геродот (480-425 гг. до н.э.), повествуя о своем посещении Ольвии в записанной им новелле о Скиле, сообщает, что здесь устраивались вакхические празднества в честь бога Диониса, культ которого, как известно, тесно связан со становлением театрализованных дейс

Геродот посетил Ольвию не позднее 455 года до нашей эры. Новеллу писал по горячим следам, застав ольвиополитов, помнивших о самом Скиле.

Мало того, сохранились письменные свидетельства в виде мраморной плиты с постамента статуи в честь Зевса-спасителя, а также двух мраморных, украшенных рельефами стел, посвященных видным политическим деятелям Ольвии, на которых отмечается, что об их заслугах и наградах было объявлено на празднике Дионисий в местном театре.

Первое из этих сооружений посвящено Каллинику, сыну Евксена, и датируется IV веком до нашей эры; второесодержит декрет, прославляющий Антестерия, и относится к III четверти III века до нашей эры; третьевоздвигнуто в честь сыновей Аполлония (имена самих сыновей в тексте отсутствуют).

Так что

Опубліковано: П'ятниця, 11 травня 2012, 22:19
Николаевские реалии на страницах герценовского "Колокола" Друк E-mail

Александр Иванович Герцен (1812-1870) - не только писатель, мыслитель, но и общественный деятель, публицист, издатель. В данном случае для нас несомненный интерес представляет его газета "Колокол", которую он начинает выпускать на русском языке в Лондоне с июля 1857 года.

"Колокол" активно воздействовал на общественное мнение. Первое время он пользовался громадной популярностью. Активно поддерживая связь с Россией, "Колокол" печатал на своих страницах корреспонденции из самых различных мест. Имена авторов этих корреспонденций, как правило, не разгаданы.

Впервые название города на Южном Буге появилось в "Колоколе" 1 июня 1859 года (№ 44) в связи с шумной историей, происшедшей в Николаевском Благородном собрании и получившей широкую известность благодаря публикациям в "Одесском вестнике". Эта газета в своем номере от 14 февраля 1859 года напечатала сообщение из Николаева о том, что дирекция Благородного собрания 13 февраля вынесла решение, что девица Софья Иогихес впредь "не имеет права участвовать на балах и танцевальных вечерах Собрания. Вследствие чего и принято, чтобы на будущее время, во избежание всяких неприятностей, она не посещала означенных балов и вечеров". Сообщалось, что по этому вопросу велись весьма продолжительные с

Опубліковано: П'ятниця, 11 травня 2012, 22:13
Вознесенский (настоящая фамилия Бродский) Александр Сергеевич (1880-1939) Друк E-mail

Драматург, сценарист, литературный критик, поэт, переводчик. Другие псевдонимы: "Илья Ренц, Люцифер, Комар.

Родился в Вознесенске, в семье уездного врача. В 1897 году кончает с Золотой медалью гимназию в Николаеве и в этом же году поступает в Московский университет, сначала на медицинский (сказывается влияние отца), а затем переводится на юридический факультет, который, однако, не закончил: занялся литературой.

Сотрудничает в газете "Одесские новости", где, начиная с 1902 года, выступает с воскресными фельетонами и литературными обозрениями. Публикует сатирические стихи в журналах "Жало" (1905) и "Сатирикон" (1913), а затем и в “Новом сатириконе". Его статьи и рассказы печатаются в журналемире искусства" (1907). Пишет он и пьесы: "Хохот" (1910), "Слезы" (1910), "Цветы на обоях" (1913), "Дитя Парижа" (1914) и другие.

Вместе со своей женой актрисой Юреневой Верой Леонидовной (I876-I962) выступает с публичными лекциями о новой поэзии - произведениях К.Бальмонта, В.Брюсова, Ф.Сологуба, В.Иванова, А.Белого, А.Блока, С.Городецкого и других. Материалы лекций легли в основу его книги "Поэты, влюбленные в прозу" (К., 1910). По мнению критика, будущее символизма за прозой, основанной на внутреннем ритме и прозаизмах. Обо всем этом шла речь на "Вечере новой поэзии”, состоявшемся в Николаеве 10 марта 1909 года в зале Городского собрания. Выступление Вознесенского сопровождалось чтением стихов новых поэтов в исполнении Юреневой.

С середины 10-х годов Вознесенский активно занимается проблемами кинематографа. В 1921-1923 годах возглавляет Киевскую студию экранного искусства. Не оставляет он и литературу. Продолжает писать рассказы, пьесы, стихи.

По злым наветам был незаконно репрессирован. Посмертно реабилитирован.

Джерело: Ковалева О.Ф.,Чистов В.П. Очерки истории культуры Южного Прибужья.(От истоков до начала XX века) Кн.2.Литература и театр [Текст] / Ковалева О.Ф.,Чистов В.П. - Николаев : Тетра, 2000. - С.130.

Опубліковано: П'ятниця, 11 травня 2012, 22:10
Житков Борис Степанович (1882-1938) Друк E-mail

Писатель, драматург, автор научно-познавательных произведений для детей.

Родился в семье преподавателя математики Новгородской земской учительской семинарии. Мать - по образованию пианистка, ученица Антона Рубинштейна. В 1888 году семья переехала в Петербург, затем в Ригу (1889), где отец, Степан Васильевич, преподает в реальном училище .

Осенью 1890 года семья Житковых переселилась в Одессу, по месту жительства братьев отца - морских офицеров (трое из пяти скончались адмиралами в отставке).

В Одессе после первоначального обучения в частной французской школе мадам Дюрант Борис Житков в десятилетнем возрасте поступает во Вторую прогимназию, преобразованную затем в Пятую гимназию, которую заканчивает в июне 1900 года.

Весной 1897 года Житков вместе с Николаем Корнейчуковым (Корнеем Чуковским), тоже учеником этой гимназии, решает пешком пройти путь от Одессы до Киева. Маршрут проходил через Николаев. Здесь они пробыли два дня. Остановились у старого знакомого по Одессе майора Стаценко. Далее - Херсон, где жила сестра Житкова Вера Степановна Арнольд. На этом их путешествие закончилось. "Принципиальный" Житков не захотел продолжать путь со "слабовольным" Корнейчуковым.

. В августе 1900 года Борис Житков поступает в Новороссийский университет, который закончил в 1906 году по специальности - химия. Но объем знаний, полученных в университете, уже не удовлетворяет его, и в октябре 1909 года он поступает на кораблестроительное отделение Петербургского политехнического института.

Бориса Житкова отличала редкая способность к языкам. Он свободно говорил по-французски, по-английски, по-немецки. Мог объясняться на украинском, румынском, грузинском, татарском, датском, новогреческом, арабском, турецком и других языках. Первую свою практику он проходил в Дании, а в 1912 году отправляется в длительное учебное плавание через три океана - Атлантический, Индийский и Тихий.

Заключительную стажировку Житков провел летом 1914 года в Николаеве в конструкторском отделе Русского судостроительного завода (будущий завод имени 61 Коммунара). В то время здесь продолжалось строительство броненосца "Императрица Мария". Последний был спущен на воду 15 апреля 1915 года в присутствии самого императора Николая II, одетого в морскую форму.

Где бы будущий писатель ни находился, он всегда вникал в суть научных проблем, обучался ремеслам. В Николаеве он поселился у старого корабельного мастера, от которого узнал много полезного в сфере практического овладения различными ремеслами. Помогало, конечно, и знание языков, знакомство с иностранной литературой самых различных направлений. Это был человек поистине энциклопедических знаний и разнообразных умений. И когда в 1916 году ему пришлось в Англии проверять исправность предназначенных для отправки в Россию моторов для самолетов и подводных лодок, он поражал присутствующих при этом глубиной своих познаний и способностей.

Революция застала Житкова в Одессе - морским инженером в порту. Осенью 1923 года он перебирается в Петроград. Здесь по совету своего бывшего гимназического товарища, ставшего известным литератором К.И.Чуковским, пробует писать познавательные рассказы для детей. Получилось! Первый такой рассказ "Над морем" был напечатан в детском журнале "Воробей" в январе 1924 года (№ 2). Автору в то время было уже 42 года. В эти годы другие достигают пика известности. Но Житкова это не останавливало. И скоро многим стало ясно: в детскую литературу как-то сразу пришел большой и очень нужный писатель.

Больше всего он любил писать о море. В 1924 году выходит его сборник рассказов "Злое море", в 1926 году - "Морские истории". Среди других его произведений - повесть "Удав" (1927), научно-художественные книжки "Свет без огня" (1927), "Про эту книгу" (1927), "Пароход" (1935), напечатанная в журнале "Новый Робинзон" (1925,  № 4) статья "Очаковские плотники (Шаланда и как самому сделать маленькую шаланду)". Житков является также автором "взрослого романа" "Виктор Вавич" (кн. 1-2, I929-I934). Но самая известная и самая популярная его книга - это повесть-энциклопедия для детей "Что я видел", изданная в 1939 году, уже после смерти ее автора.

Писал он и пьесы. Ему принадлежит драма в 4-х действиях "Пятый пост" (1927) и пьеса на историческую тему "Семь огней" (1929) (второе название - "Предатель").

Скончался Б.С.Житков в 1938 году от рака легких. Скончался в Москве. Но события прошлого, впечатления, навеянные пребыванием в том числе и в Николаеве, никогда не оставляли его. Недаром он так хорошо знал весь Новороссийский край. Уже в самом зрелом возрасте в его памяти возрождались картины прошедшего времени, иногда скорее комического, нежели серьезного характера.

Об одном из таких эпизодов, непосредственно относящихся к Николаеву, писатель рассказывает в письме к Н.В.Гарнет, датируемом августом 1935 года.

"Это случилось, - вспоминает он, - в г. Николаеве (чтоб там зима стояла 24 месяца в году). Я пришел туда парусником и в одиночестве бродил в полдень по городу мимо закрытых ставень. В поисках жизни я пошел на базар. Мощеная площадь эта была выметена, и только обрывки салатных листьев, прилипшие к камням, давали понять, что я опоздал не намного. Но мороженщик под своим навесом уже спал, шлепнув голову на раскрытые локти. Прилавок был изрисован черным орнаментом. Он (орнамент, конечно) взвился и улетел мухами при моем приближении. "Какие тут мухи дикие!" - подумал я, как пришелец и иностранец. Но мухи постояли за себя и вернулись. В назидание обсели и меня. Я не уныл и стал расталкивать парня... Парень долго щурился на яркий полдень и соображал, где и что с ним случилось, запахло в жарком воздухе спиртом... Я зашел под навес и сказал приказательно: "А ну, на пятак. Сливочного!" - "Только малина". И, проклятый, снова хотел бросить голову на прилавок. Однако я успел крикнуть: "Вали малины!", и чтоб его подбодрить, анафему, я крикнул: "На гривенник!" Я крикнул на всю базарную площадь. Но на ней никого не было. Оглянулась дальная тощая собака, что обследовала остатки базара... И вот парень брякает мне на стол глубокую обеденную тарелку. Горбом розовый снег, и в него, как лопата в кучу, всажена жестяная столовая ложка. Пока я говорил: "Ух, так-переэтак", - парень уже спал. Вот тут-то мухи себя показали. Они были до того ручные, что лезли даже с ложкой вместе мне в рот. Я глотал этот снег: вкус холодный и больше никакой. Цвет - розовый... Я боялся, что как растает, то пойдет через край. Глотал ретиво, но скоро глотка замерзла так, что можно было б глотать без помехи гвозди. Но моя энергия растаяла быстрей этой каши... Я быстро успокоился, уснул. И через мгновение - мне показалось, что это мгновение - я проснулся от грубых голосов. Двое обормотов трясли моего парня. Но он не просыпался. Тогда... нашарили квасную кружку. По заветный рубчик разделили полкварты и остаток вылили в кружку. "Слышь, земляк, - сказали они мне, - как он прокинется, скажи, его доля. Сам не выпей, имей совесть…". Не знаю, от чего пришел я в себя второй раз. Солнце светило здорово косо. Это я сразу заметил... Парень спал с раскрытым ртом... Будить его у меня не было сил. Гривенник я не нашел в кармане: гривенных было два. Уйти так - не позволяла совесть. Тогда я подсунул под сонный локоть парню двугривенный, тарелку с ложкой оставил на совесть мух. Ура! В первой же улице я встретил двух человек. Правда, им вместе было лет пятнадцать. Они играли в ушки - но, ей Богу, с полной энергией и азартом.

Потом я врал, как Васко де Гама, что в Николаеве на пятак мороженого дадут - пока съешь, заснешь, вот чтоб мне с этого места не встать!"...

Такова история, случившаяся с Борисом Житковым в Николаеве и рассказанная им просто так, по случаю, в частном письме. История по-своему примечательная. Художественная зарисовка, подкупающая открытостью и правдивостью повествования.

Джерело: Ковалева О.Ф.,Чистов В.П. Очерки истории культуры Южного Прибужья.(От истоков до начала XX века) Кн.2.Литература и театр [Текст] / Ковалева О.Ф.,Чистов В.П. - Николаев : Тетра, 2000. - С.127-130.

Опубліковано: П'ятниця, 11 травня 2012, 22:09
Ляшко (Лященко) Николай Николаевич (1884-1953) Друк E-mail

Писатель рабочей темы. В дальнейшем - один из создателей литературного объединения "Кузница".

Родился в Лебедине Харьковской губернии в семье крестьянина-бедняка, прослужившего 25 лет в солдатах. Мать - крестьянка. После окончания местной церковно-приходской школы в десятилетнем возрасте едет в Харьков к старшему брату. Служит мальчиком в "Венской кофейной и кондитерской", учеником на кондитерской фабрике. Затем становится рабочим на заводе мельничных орудий бельгийской компании, паровозостроительном заводе, где выучился на токаря.

В середине 1902 года едет из Харькова в Николаев. Работает на Навале, на судоремонтном заводе - токарем по металлу. Его рабочий день продолжался 12-13 часов. Принудительные сверхурочные работы не оплачивались. К этому следует добавить грубое обращение, оскорбляющие человеческое достоинство обыски.

Стремясь изменить жизнь к лучшему, юноша приобщается к социал-демократическому движению. Местная партийная организация направляет его в Севастополь, где он устраивается токарем на судостроительный завод. В феврале 1903 года у него был произведен обыск, а вскоре он бежит из Севастополя в Ростов-на-Дону. Далее - тюрьма, ссылка. В Николаев он больше не возвращался.

Свои первые произведения Ляшко публикует в журнале "Полтавщина" в 1904 году. Рабочая тема - то, что он сам пережил и что непосредственно наблюдал, - основное содержание его произведений. В том числе и наблюдения за жизнью в Николаеве ("Старик с книгой", "Железная тишина", "В пламени" и другие). Принимал активное участие в создании литобъединения "Кузница", организовал выпуск "Рабочего журнала", ответственным редактором которого и являлся.

В 20-е - 30-е годы романы Ляшко "Доменная печь" (1925). "Сладкая каторга" (1934) и "Крушение сладкой каторги" (1936) были широко популярны, особенно в рабочей среде. Рассказы "Железная тишина", "Порывы" печатались в школьных хрестоматиях. Известно также, что о рассказе Ляшко "Воры" положительно отозвался такой требовательный мастер слова, каким является И.А.Бунин.

Джерело: Ковалева О.Ф.,Чистов В.П. Очерки истории культуры Южного Прибужья.(От истоков до начала XX века) Кн.2.Литература и театр [Текст] / Ковалева О.Ф.,Чистов В.П. - Николаев : Тетра, 2000. - С.126-127.

Опубліковано: П'ятниця, 11 травня 2012, 22:07
Сологуб (Тетерников) Федор Кузьмич (1863-1927) Друк E-mail

Писатель, поэт, драматург, представитель старого поколения литературы символизма.

Николаев посещали не только футуристы, но и представители других литературных течений начала XX столетия, и, в частности, здесь побывал Федор Сологуб.

В 1913 году автор романа "Мелкий бес", символических драм, "Книги очарований" и других поэтических сборников совершил вместе с Игорем Северяниным (Лотаревым) продолжительное турне по 39 городам России. В следующем году поездки были им продолжены. "Николаевская газета" заранее, 9 февраля 1914 года, предупредила своих читателей об ожидаемом выступлении Федора Сологуба.

Через две недели та же газета публикует следующее объявление:

                          Театр Я.Я.Шеффера

                          Сегодня, 23 февраля

                                   Лекция

                известного писателя беллетриста

                             Федора Сологуба

                       Прочтет лекцию на тему:

                       "Искусство наших дней".

Лекция будет иллюстрирована чтением новых, еще не изданных поэтических произведений лектора. Билеты будут продаваться в книжно-нотном магазине Геллера. Начало в 8 1/2 вечера.

Однако николаевская публика отнеслась к приезду литературной знаменитости на этот раз прохладно. Но сама лекция состоялась. Об этом мы узнаем из стихотворного фельетона сотрудника "Николаевской газеты" М.М.Чухнина, скрывшего свое имя под псевдонимом "Ратмир". В рубрике "Веселые рифмы" в газете от 26 февраля 1914 года им помещен "Монолог современного Чацкого", где последний жалуется на невнимание николаевцев к лекциям на современные и важные темы:

 Да где же публика?... Увы!...

 Она отсутствовала грубо,

 Так было и у Сологуба.

 И здесь виною только вы...

К сказанному следует прибавить, что еще в декабре 1908 года находившаяся в Николаеве труппа Н.Н.Михайлова дважды ставила новую пьесу Сологуба "Победа смерти", а газета "Николаевский курьер" напечатала 19 декабря 1908 года его новеллу "Алчущий и жаждущий", а 30 декабря того же года - его рождественский рассказ "Снегурочка".

Джерело: Ковалева О.Ф.,Чистов В.П. Очерки истории культуры Южного Прибужья.(От истоков до начала XX века) Кн.2.Литература и театр [Текст] / Ковалева О.Ф.,Чистов В.П. - Николаев : Тетра, 2000. - С.125-126.

Опубліковано: П'ятниця, 11 травня 2012, 22:05
Маяковский Владимир Владимирович (1893-1930) Друк E-mail

Посещение Николаева Маяковским совпадает по времени с его утверждениемна позициях футуризма - литературного течения внутри искусства авангардизма.

В 1911 году Маяковский поступает в Московское училище живописи, ваяния зодчества. Здесь он знакомится с Давидом Бурлюком. По признанию поэта в его автобиографии "Я сам", из общения этих двух людей, на основе пафоса неприятия как современной жизни, так и традиционных подражательных форм искусства и "родился российский футуризм".

Правда, в той же автобиографии, главном источнике всех важнейших сведений о поэте, Маяковский признается: "Лица и даты не запоминаю... Поэтому свободно плаваю в своей хронологии".

Предположительно, в первый раз Маяковский был в Николаеве в конце 1912 года, когда вместе с Бурлюком через Киев, далее Николаев, Херсон проследовал в село Чернянку (ныне Каховского района Херсонской области), ставшее тогда футуристической Меккой. Именно здесь складывается группа футуристов "Гилея", по названию древними греками части Северного Причерноморья.

Манифестом "Гилеи" стал поэтический сборник "Дохлая луна", опубликованный в Каховке в 1913 году. По словам самого Маяковского, он привез из этой поездки стихотворение "Порт" и другие.

Публика, падкая до сенсаций, футуристов заметила. Шумный успех их выступлений в Москве и Петербурге натолкнул на мысль повторить его в других городах. С декабря 1913 года по март 1914 года состоялись гастрольные выступления футуристов в пятнадцати городах, в том числе в Харькове, Симферополе, Керчи, Одессе, Кишиневе, Николаеве и других городах.

В Одессе Владимир Маяковский, Давид Бурлюк и Василий Каменский пробыли с 15 по 19 января 1914 года и выступали дважды. "Одесский листок", не жаловавший футуристов, опубликовал 16 января на своих страницах фельетон Лери "Звуки", высмеивающий футуристов, а также сатирическую статью "доктора философии" Г.Я.Полонского "Футуризм и plusquamperfectum”. Стоило футуристам, вызывающе одетым и раскрашенным, появиться на улицах города, как их окружала толпа.

Словом, ажиотаж, как говорится, был полный, и билеты были распроданы в короткий срок. Зал Русского театра, где проходили выступления, был переполнен.

Именно в это время в Одессе Маяковский знакомится с семнадцатилетней Марией Денисовой, Джиокондой, как ее называл Бурлюк. Встреча с ней вдохновила поэта на создание "Облака в штанах":

 Вы думаете, что бредит малярия?

 Это было,

 Было в Одессе,

"Приду в четыре", - сказала Мария...

Поэтов одесской публике представлял журналист и критик, руководитель местного объединения "Кружок молодых поэтов" Петр Пильский.

В Николаеве футуристы выступали 24 января 1914 года, но уже без Пильского. Надо отдать должное: в те времена с одесскими новостями николаевцы знакомились не только через получаемую здесь одесскую прессу, но и через свою собственную. К приезду футуристов николаевские   газеты  уже успели познакомить с ними своих читателей - в первую очередь на основе изучения одесской прессы и, разумеется, исключительно в фельетонной форме.

 "Николаевская газета" в номере от 23 января 1914 года в разделе "Темы дня" печатает два фельетона. Один из них - "Фу-ту-рис-ты!!!", принадлежавший перу "Р". Стихи здесь чередуются с прозой. Начинается фельетон стихами:

 Придет пора, и вместо могикан

 И классиков литературных,

 На сцену выступит раскрашенный болван

 С фонтаном слов и вирш бессмысленно-мишурных.

 И далее:

"Легкомысленные господа, попавшиеся на рекламу его клоунов, ничего, кроме раскрашенных рож, не увидят, кроме бессмысленного взора, не услышат.

Далбаркихит, лихомбрикита,

Вулкныразвие бычихнук.

Фиалкимхит, наяднюхита,

Выкрикопавнс футозвук…

Позвольте-ка разобраться в этом знаменитом произведении какого-то не то Бурдюка, не то Бурлюка, а может быть и самого Игоря Северянина или Вадима Баяна..."

Второй фельетон, подписанный псевдонимом "Ратмир", полностью стихотворный. Его автор не претендует на детальный анализ сути поэтики футуризма, а ограничивается, так сказать, внешними впечатлениями. Собственные стихи он чередует с пушкинскими из "Бесов":

Появились футуристы,

Что ни типчик, то и смех.

"Сколько их! куда их гонят?"

Корчат рожи и орут.

“Домового ли хоронят,

Ведьму ль замуж выдают?"...

Так что в чем другом, а в умении организовать рекламу футуристам не отказать. Театр Шеффера был полон.

Вечер, судя по воспоминаниям, запомнился и самому Маяковскому. Впрочем, для поэта было важно передать общую атмосферу, настроение того времени. Иначе зачем было ему называть этот раздел своей биографии "Веселый год":

"Ездили Россией. Вечера. Лекции. Губернаторство настораживалось. В Николаеве нам предложили не касаться ни начальства, ни Пушкина. Часто обрывались полицией на полуслове доклада. К ватаге присоединился Вася Каменский. Старейший футурист".

О содержании самого выступления Маяковского в Николаеве на тему "Достижения футуризма" можно судить на основании информации "Трудовой газеты" от 26 января 1914 года. "Мы, - говорил поэт, - хотим дать теоретическое обоснование футуризма. Те, кто полагали, что им придется участвовать в скандале и работать руками, должны разочароваться: им придется работать мозгами... Поэзия футуризма - это поэзия города, современного города. Город обогатил наши переживания и впечатления новыми, городскими элементами, которых не знали поэты прошлого... А самое главное - изменился ритм жизни. Все стало молниеносным, быстротечным, как на ленте кинематографа. Плавные, спокойные, неспешащие ритмы старой поэзии не соответствуют психике современного гражданина. Лихорадочность - вот что символизирует темп современности. В городе нет плавных, размеренных округлых линий. Углы, изломы, зигзаги - вот что характеризует картину города. Поэзия... должна соответствовать новым элементам психики современного города... Слово не должно описывать, а выражать само по себе. Слово имеет свой аромат, цвет, душу; слово - организм живой, а не только значок для определения какого-нибудь понятия. Слово способно к бесконечной каденции как музыкальная гамма".

Однако, как мы уже знаем из предыдущего очерка, выступление Маяковского было по сути дела проигнорировано большинством присутствующих. Героем дня стал... Василий Каменский.

Позднее, 11 февраля 1914 года, "Николаевская газета" публикует статью Николая фон-Гука из Петербурга под заголовком "Правда о футуризме". Автор стремится реабилитировать футуризм как вполне закономерный шаг в развитии самого искусства. "Футуризм, - заключает фон-Гук, - это одно из звеньев великой цепи человеческого творчества и, несмотря на размалеванных гайеров, на свист и гиканье ретроградов, он дает все то, что должен дать".

Однако туманное "дает все то, что должен дать" и на этот раз мало что проясняло. Тот же Ратмир в своем очередном стихотворном фельетоне "Веселые рифмы", отвечая на поставленный вопрос, "Куда мы идем?", иронизирует:

Налево свернешь -

Путями лесистыми

Сейчас там войдешь

В альянс с футуристами,

Раскрасишь себе

Весь лоб, переносицу

И станешь любя

Нести околесицу.

Направо свернешь -

Не узришь там крашего,

Бальмонта найдешь,

А то Арцыбашего...

Говорят, что о вкусах не спорят. Утверждение, как мы видим, ошибочное. В конечном счете, борьба мнений в литературе является отражением тех противоречий, которые существуют в самой жизни - между старым и новым, привычным и непривычным, социально близким и далеким. И Николаев не представляет здесь исключения.

Маяковский любил ездить, встречаться со своими читателями. Календарь его выступлений довольно плотен. Поэт был, как говорится, востребован. За год с небольшим до своей трагической смерти, 14 и 15 января 1914 года, он три раза выступил в Харькове (14 января - дважды). На 16, 17 и 18 января были назначены выступления Маяковского соответственно в Полтаве, Кременчуге и Николаеве. Но поездку пришлось отменить - по причине болезни горла.

Джерело: Ковалева О.Ф.,Чистов В.П. Очерки истории культуры Южного Прибужья.(От истоков до начала XX века) Кн.2.Литература и театр [Текст] / Ковалева О.Ф.,Чистов В.П. - Николаев : Тетра, 2000. - С.121-125.

Опубліковано: П'ятниця, 11 травня 2012, 22:04